Red Rodgers  

Вернуться   Red Rodgers > История > WWII > Интервью

Результаты опроса: Понра или не понра, вот в чем вопрос!
Понра, звзиздато!! 8 100.00%
Непонра, ацтой адназначна! 0 0%
Голосовавшие: 8. Вы ещё не голосовали в этом опросе

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 28-09-2005, 19:34   #1
RR_PictBrude
LeR19_Loverman, HS_Tora
 
Аватар для RR_PictBrude
 
Регистрация: Jul 2004
Адрес: Химки
Сообщений: 2,150
Интервью с Вальтером Крупински

Ээээ.. времени мало поэтому с переводами туго.. выкладываю первую половину..

Интервью с Вальтером Крупински.

Вопрос: Где и когда Вы родились, генерал?

Ответ: Я родился 11 ноября 1920 года в маленьком городкеДоннау в Восточной Пруссии, который сейчас находится под юрисдикцией Российского правительства, но жил я в Браунсберге, который сейчас находится в Польше. Я недавно был в Браунсберге, где моя семья прожила с 1933 по 1945 год, и нашел, что мало что изменилось с тех пор, когда я там был последний раз.

В: Расскажите о своей семье.

О: Когда я родился, мой отец был на военной службе. Он участвовал в Первой Мировой войне и в тот момент сражался против коммунистических группировок пытаясь захватить контроль после войны. Он служил в армии во время Первой Мировой войны и после - до 1923 или 1924 года. В итоге он оставил армию и стал правительственным служащим. Перед началом Второй Мировой он вновь вступил в армию, но был уволен после окончания Польской кампании в звании старшего лейтенанта. Он опять стал правительственным служащим, но по мере разрастания войны он был зачислен в Ополчение, когда Советы вторглись в Германию, и состоял в нем с января по май 1945 года. У меня было два младших брата – Пауль и Гюнтер. Пауль и я родились в один день, но с разницей в два года. Пауль вступил во флот, и стал подводником, и там встретил свою судьбу. Он погиб, когда его лодка, U-771, затонула у Норвежского побережья, и лишь тела Пауля и еще одного моряка были найдены на берегу. Они были похоронены на военном кладбище в Нарвике. Самый младший брат, Гюнтер, родился в 1932 году, и он бежал из Пруссии вместе с моей матерью в январе 1945 года во время советского наступления. Он умер в 1970 году от рака.

В: Каково Ваше образование?

О: О, такое же как у большинства других в Люфтваффе и вообще в армии: начальная школа и, затем, гимназия – примерно тоже что и ваша высшая школа, только чуть более продвинутая – основной курс обучения. Я сдал выпускные экзамены и в 1938 году решил вступить в армию.

В: Когда Вы решили, что хотите быть летчиком?

О: По правде я никогда не интересовался полетами. По правде сказать, я пытался стать морским офицером, как мои друзья Йоханнес Штайнхофф и Дитрих Храбак, поскольку я всегда любил море. Однако, когда я был окончательно принят, меня перевели в Люфтваффе. Я не просил об этом.

В: Как Вас учили?

О: Я начал учиться летать в сентябре 1939 года в школе кадетов в Берлин-Гатове, позднее был переведен в Вена-Швехат, которая являлась школой истребительного вооружения. Сначала было инструктирование в классе, аэродинамика – одним словом основы. Затем, после пары месяцев, нас познакомили с Не-51, учебным бипланом, на котором мы учились основам взлета и посадки, и простым маневрам с инструктором. Когда нас считали компетентными, мы летали одни, я быстро этого достиг. После шести месяцев, или около того, нас начали тренировать на мессершмиттах 109, который, как вы знаете, был основным истребителем на протяжении войны. Затем мы учились полетам по приборам, идентификации самолетов противника, экстренным процедурам, полетам в строю, навыкам в стрельбе, например стрельбе с упреждением, а также изучению самолета, включая его обслуживание.

В: Каково было Ваше первое назначение?

О: Меня перевели на побережье Ла-Манша и направили в JG.52, где начинали свою карьеру эксперта Гюнтер Ралль, Ханс-Йоахим Марсель, Йоханнес Штайнхофф, Герхард Баркхорн и другие. К моменту когда я там появился, Битва за Британию была близка к завершению, что и произошло в ноябре 1940 года. Я служил в JG.52 в течение почти всей моей карьеры на востоке, но позднее служил в JG.5, JG.11, JG.26 и JV44, в которой летал на Ме-262 на западе с 1 апреля 1945 года и до конца – не так уж много боевого времени на реактивном самолете. Вылеты против истребительного сопровождения и бомбардировщиков американцев были самыми тяжелыми, поскольку они были превосходными летчиками и обладали высококачественным вооружением.

В: Каково это было летать против британских пилотов?

О: Ну, я слетал лишь 30 миссий над Соединенным Королевством, и я участвовал во множестве воздушных боев со спитфайрами и харрикейнами, но не одержал ни одной победы. Я слабо начинал и страдал от плохой стрельбы, и я очень боялся быть сбитым над Ла-Маншем и плыть потом домой!

В: Когда Вас перевели на Русский фронт?

О: Я служил на Ла-Манше до поздней весны 1941 года, когда JG.52 была переведена на восток. Мы вылетели из Остенде в Бельгии в Сувалки в Восточной Пруссии, и проторчали там 10 дней до Операции Барбаросса. Война началась для нас в Сувалки, откуда мы взлетали для штурмовки аэродромов ВВС Красной Армии.

В: В какой группе вы были в то время?

О: Я был переведен в группу пополнения JG.52, затем в 6-ой штаффель II-ой группы в южной России. Позднее, я стал командиром 7-го штаффеля III/JG.52 в Румынии, защищая вплоть до весны 1944 года, нефтяные поля и заводы в Плоэшти, мосты и т.п. от дальних американских бомбардировщиков из Северной Африки и, позднее, из Италии.

В: Как вам и вашему подразделению понравилась первая зима?

О: Русская зима! Она знаменита, вы же знаете, и все эти ужасные истории правдивы. Мы не могли летать, а когда могли, было трудно понять, как возвратиться домой, разве что лететь только по приборам, а посадка была более опасна, чем воздушный бой. Много самолетов было разбито. Я был там со Штайнхоффом (176 побед), Раллем (275), Храбаком (125), Баркхорном (301) и многими другими, ставшими хорошо известными. Мы все были одинаково опытны, но не в эту зиму. Каждая зима в России была ужасна, но мы были лучше подготовлены к ним после 1941 года. Мы были единым целым, одержали свыше 10000 побед за войну, и все мы были – и есть – добрыми друзьями. Мы теряем кого-нибудь каждые несколько лет, так что круг друзей сужается.

В: Вы также летали с Эрихом Хартманном, который стал величайшим асом всех времен с 352 победами. У вас есть какие-то особые ассоциации относительно него, или нет?

О: Я только что стал командиром 7-го штаффеля III/JG.52, когда в марте 1943 года впервые встретился с Эрихом Хартманом. Он был ребенком! Он был так молод, и именно тогда я дал ему прозвище “Буби”, или мальчик, и оно приклеилось к нему до конца жизни. Он помнит меня с более раннего момента, когда, за шесть месяцев до этого, я совершил примечательную аварийную посадку на горящем Ме-109 в Майкопе. Я был подбит в вылете против Советов, и я был ослеплен дымом и легко ранен. Я начал спускаться и зацепил за стопку бомб, сложенных на краю аэродрома, и я продрался прямо через них. Толивер и Констэбл написали об этом случае в биографии Эриха, “Белокурый рыцарь Германии”.

В: Не Вы ли помогли Хартманну одержать его первую подтвержденную победу?

О: Я часто брал Хартманна в качестве своего ведомого, и, вместе с Гердом Баркхорном, он получил свою первую возможность одержать победу, когда мы встретили одиночный советский самолет. Эрих ранее уже получал выговор за то, что ломал строй и атаковал истребитель, был подбит и разбил свой самолет без какой либо выгоды. (До назначения Крупински командиром 7-го штаффеля, Хартманн, фактически, принял участие в командной попытке сбить Ил-2 5 ноября 1942 года, который был записан ему как первая победа, с целью воодушевить новичка в эскадрилье. Когда он преследовал уже горящую цель, штурмовик взорвался, повредив Ме-109 Хартманна, что вынудило его совершить вынужденную посадку. Его первая по настоящему личная победа, была одержана 27 января 1943 года, когда он летел в качестве ведомого Крупински, и это был МиГ-1).

В: Не могли бы Вы сравнить свой стиль боя и стиль Хартманна?

О: Эрих великолепно стрелял в больших дистанций, в отличии от меня. Я предпочитал подойти поближе и стрелять, и часто я привозил с собой домой обломки вражеского самолета. Эрих позднее перенял такую же тактику, и он всегда добивался успеха и никогда не был ранен или сбит вражеским истребителем. Он однажды был вынужден приземлиться из-за обломков самолета, которого сбил, и был захвачен в плен, но он смог сбежать, и едва не был застрелен немецким часовым. Он также несколько раз был подбит зенитками, но это было частью обыденной работы. Он был хорошим учеником, и я учил его воздушной стрельбе, после того как сам обрел опыт.

В: Сколько раз за войну Вы были сбиты?

О: Я четыре раза прыгал с парашютом, несколько раз терпел аварии и пять раз был ранен. Я не помню точного числа вынужденных посадок, поскольку моя летная книжка была изъята американской разведкой, когда я стал военнопленным в конце войны. Я полагаю, что количество аварий было между 10 и 12. Я хотел бы попросить вас и ваших читателей, пожалуйста, дайте миру узнать об этой летной книжке. Если она когда-нибудь вновь появится, я был бы рад однажды отдать ее моим внукам. Должен сказать, что самая впечатляющая авария случилась в Майкопе, а другая, когда я рухнул посреди минного поля во время боя. Это хорошая история, чтобы рассказывать ее за стаканчиком, знаете ли, поскольку это было самое страшное, что я испытал за всю войну!

В: Какая из Ваших побед запомнилась больше других?

О: О, много чего можно вспомнить, ведь я сделал более 1100 боевых вылетов, и однажды, 5 июля 1943 года, я сбил 11 самолетов в 4 вылетах за один день. Один из них был бой с русским экспертом, который продолжался около 15 минут, что было редкостью для пилотов Красной Армии. Обычно они выходили из боя, после атаки, и устремлялись домой после пары минут, если не смогли отогнать вас или получить превосходство. Другой вылет, когда я прошел сквозь 15 или 20 Крыс, в результате чего, мой самолет был подбит какими-то большими ракетами “земля-воздух”. Крысы атаковали наземные цели, и одна Крыса довернула на меня, выстрелила ракетой, и попала в меня. Это была невероятная ситуация. Я также хотел бы сказать, что мои победы в узких Кавказских долинах были запоминающимися, также как моя победа над ЛаГ-5 под Сталинградом, когда русский потерял больше трети своего левого крыла и горел как в аду. Около 10 пилотов Люфтваффе видели это, включая Йоханесса Штайнхоффа, который был в то время моим командиром. Этот ЛаГ продолжал лететь на малой высоте и я наблюдал за его падением. Он разбился, но не взорвался – просто сгорел.

В: Вы когда-нибудь встречались с рейхсмаршаллом Германом Гёрингом?

О: Я никогда не встречался с ним лицом к лицу, но видел его однажды. Это было, когда я стал лейтенантом на церемонии 31 января 1941 года, в Берлине, вместе с несколькими сотнями других кадетов.

В: Сколько раз Вы встречались с Адольфом Гитлером?

О: Лишь один раз, когда я был награжден Дубовыми Листьями к Рыцарскому Кресту.

В: Не могли бы Вы описать эту церемонию?

О: Да особо нечего рассказывать, исключая то, что Буби Хартманн и я не слабо погуляли накануне ночью и напились в стельку, несмотря на то, что мы должны были получить награды из рук фюрера. Хартманн знал его прежде, поскольку, как вы знаете, он трижды награждался Гитлером – Дубовыми Листьями, Мечами и Бриллиантами. Я получил Дубовые Листья вместе с Хартманном 4 марта 1944 года. Хартманн отпускал смешные комментарии относительно него, передразнивал его, и пытался стоять ровно, не падая. Я не был в не очень хорошей форме. Мы только начали трезветь, когда Гитлер, вручив нам награды, начал расписывать свой план “Панцерфест”, который был способом сделать армейские части невосприимчивыми к танковым атакам противника. Он спросил нас о Лемберге, откуда мы прибыли и где наши храбрые солдаты сражались против этих русских танков и несли страшные потери. Он говорил с нами о войне в России, и у нас было чувство, что мы слушаем полного безумца. Я думаю, он был скорее буйно помешанным, и когда время встречи подошло к концу, Хартманн и я нуждались в новой выпивке, и Хартманн повторял: “ я ж тебе говорил”.

В: Когда Вас перевели на Западный фронт?

О: Это произошло весной 1944 года, когда многие русские эксперты Русского фронта были отправлены сражаться против американских четырехмоторных бомбардировщиков. Я занимался этим некоторое время в JG.11, потом, между началом октября 1944 года и 25 марта 1945 года, я командовал III/JG.26. Драться с американскими бомбардировщиками и истребителями сопровождения было гораздо труднее, чем воевать в России. В-17 было трудно атаковать из-за его мощного защитного огня пулеметов 50-го калибра, а американские истребители еще более усложняли задачу приблизиться к ним, поскольку они превосходили нас численно примерно 10 к 1. Я был обескуражен всем этим и изменил свое мнение о происходящем. Мы постоянно теряли опытных экспертов – нас просто подавили числом. Бомбардировщики и истребители союзников атаковали наши аэродромы днем и ночью, а также бомбили города. Истощение также было фактором, поскольку у нас не было достаточно пилотов на замену, и новые пилоты не имели достаточно опыта, чтобы долго выжить в таких условиях.
__________________
Lord God, bless my weapons!

RR_Oldman - мы Тебя помним!!

Последний раз редактировалось RR_PictBrude; 07-08-2006 в 17:44.
RR_PictBrude вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29-09-2005, 16:43   #2
RR_PictBrude
LeR19_Loverman, HS_Tora
 
Аватар для RR_PictBrude
 
Регистрация: Jul 2004
Адрес: Химки
Сообщений: 2,150
В: Как Вы оказались в JV44 Галланда?

О: Ну, я пытался закончить войну в центре восстановления самолетов в Бад Визее в Тегернзее, когда Штайнхофф и Галланд вышли на некоторых из нас 1 апреля 1945 года. Штайнхофф спросил меня: “Граф, как тебе перспектива полетать на Ме-262?” Уже на следующие утро я запрагнул в кабину Ме-262 и сделал свой первый вылет на нем после короткого периода ознакомления. Я описал все это в большом очерке, который я написал для наших “Истребительных новостей” в феврале-марте 1987 года. Мое последнее высказывание было таким: “Это было началом новой эпохи в авиации”.

В: Каково было Ваше впечатление от личного состава JV44?

О: Галланд использовал Штайнхоффа в качестве вербовщика, и они собрали лучших в этом деле. Они заполучили Баркхорна и пытались заполучить Хартманна, но Эрих сохранил теплое местечко в JG.52. Его решение остаться дорого ему обошлось. Как вы знаете, после войны он провел 10 лет в советской лагере, поосле того, как американцы передали их Красной Армии.

В: Как для Вас сложились последние месяцы войны?

О: Я присоеденился к JV44, “Эскадрилье экспертов” Галланда в Мюнхен-Райме, потом мы перелетели в Зальцбург в Австрии, потом в Айблинг-Хайльбронн. У нас было несколько захватывающих вылетов, особенно когда мы получили ракеты воздух-воздух R4M. Первый раз я увидел их работу 5 ареля, когда Галланд, который вел наше звено, залпом выстрелил по группе американских бомбардировщиков В-26. В одно мгновенье один из них развалился, а другой начал падать – хвост был оторван, и обе части падали вниз сквозь легкую облачность. Мы летели в нескольких сотнях ярдов, так что мы не были ни задеты осколками ни атакованы вражескими истребителями, после этого мы атаковали используя наши 30 мм пушки. Я повредил пару бомбардировщиков, но не одержал ни одной победы в тот день, хотя я абсолютно уверен, что все остальные сделали это. У нас было много таких вылетов, но мы также сталкивались с американскими истребителями. Мустанги были постоянной проблемой, и они постоянно провожали нас до дома, в надежде на легкий килл. Нам приходилось быть очень осторожными, когда мы заходили на посадку, поскольку они могли следовать за нами в нескольких милях и паре минут позади нас. Взлет и посадка были самыми напряженными моментами для пилотов 262-ых, поскольку самолет медленно набирал скорость, и двигатель мог легко заглохнуть, если бы вы сдвинули рукоять газа слишком быстро вперед. Несколько раз это случалось.

В: Не могли бы Вы рассказать, что Вы видели в тот день, когда разбился Штайнхофф?

О: Его звено вел Галланд. Герд Баркхорн, у него тогда было 300 побед; “Таран” Эдуард Шалльмозер (прозванный так за попытку направить его реактивный самолет во вражеские бомбардировщики, когда у него однажды закончилаись боеприпасы); Эрнст ...манн; Клаус Нойманн, который одержал 5 побед на Ме-262 и всего 37 побед за войну; и я сам – мы все или взлетели для перехвата бомбардировщиков или готовились сделать это утром 18 апреля 1945 года. Штайнхофф был заправлен топливом и ракетами, а его левое колесо попало в воронку, которая была недостаточно хорошо заделана, после последнего налета американцев на нашу базу, и его самолет подскочил над землей. Когда он приземлился, он оказался в охваченных пламенем обломках, горевшое топливо вызвало детонацию ракет и 30-мм боеприпасов вокруг него. Я этого не видел, но каждый слышал это. Там был Маки Штайнхофф, попавший в ловушку, но мы отвезли его в госпиталь и он каким-то образом выжил. Он был лучшим другом для нас, и настоящим патриотом и лидером. После этого происшествия, а так же потери Гюнтера Лютцова и многих других, каждый из нас чувствовал, что мы находимся на волосок от такой же судьбы.

В: Как, для Вас, закончилась война?

О: Я был захвачен в плен, когда наше подразделение сдалось после уничтожения своих самолетов, когда американцы почти въехали на аэродром. Офицер американской разведки нашел нас, и отвез, через Хайдельберг, в лагерь для допросов в Англии. После 4 недель ответов на вопросы, меня переправляли в Шербур, я думаю, когда на меня напал французский солдат с винтовкой. Он ударил мня по голове, и я потерял сознание. Очнулся я в госитале в Мюнхене. После всех допросов, я закончил с американцами, но пока я был в заключении, у меня забрали мой Рыцарский Крест и Дубовые Листья, и мою летную книжку, о чем я упоминал ранее. Это были тяжелые времена, но мой контакт с офицерами американской армии и воздушных сил подготовили меня к моей новой карьере в 1950-х и вплоть до моей отставки в 1970-х годах.

В: Чем Вы занимались после войны? Я знаю что уровень безработицы среди бывших офицеров был высок в Германии?

О: Да, это правда. Найти работу после карьеры профессионального офицера было не легко, особенно потому, что кто-то владевший собственным бизнессом занимался им в разрешения местного командующего Союзническими силами. Профессиональные офицеры счиатлись элитой Национал-Социалистической Партии, и любые связи с нами были экономически неразумными. Но прошло не так много времени, и люди стали понимать, что члены офицерского корпуса по большей части оставались вне политики. У нас не было никаких планов, кроме защиты своей странны от нападения, правильно это было или нет. Между нами и офицерами других стран не было различий. Все защищают свою страну и семьи, вне зависимости от политического руководства управляющего их страной.

В: Расскажите о работе, которой Вы занимались после войны в службе разведки.

О: Я начал работать на разведку США под крылом Организации Гелен, ответвление военной и внешней разведки абвера, сформированное капитаном Райнхардом Геленом во время войны. Затем я начал работать на Амт Бланк, являвшимся началом нашего Министерства Обороны под руководством Теодора Бланка, первое послевоенное министерство обороны Западной Германии во время правления Конрада Аденауэра. Я не могу обсуждать мою работу там, поскольку это по прежнему секретно и я дал клятву молчания.

В: Не могли бы Вы рассказать кем был Гелен?

О: Генерал Райнхард Гелен был одним из главных офицеров разведки Абвера, который позднее заменил адмирала Вильгельма Канариса во главе организации (после того, как Канарис был смещен, из-за его предполагаемого участия в попытке убить Гитлера 20 июля, и впоследствии придан смерти в Флоссенбургском концентрационном лагере в 195 году). Деятельность Гелена и установленные им стандарты были ответственны за созданиие многих послевоенных разведывательных сетей, включая GSG-9 (Германская антитеррористическая служба разведки). Гелен умер в 1979 году. Его работа по сбору разведданных о Красной Армии и его способность сопоставить разведданные по каждому аспекту Советских военных операций оказались бесценными для НАТО во время Холодной войны. Его понимание советского менталитета, военной системы, политических целей, и т.п. – все это, вероятно, предотвратило другой европейский, если не мировой, конфликт. Гелен считал, что знание это сила, и в этом он оказался прав.

В: Как Вы вернулись в армию, особенно в ВВС, после войны?

О: Ко мне обратились некоторые офицеры, которые упомянули о том, что они формируют Бундеслюфтваффе, о чем я уже знал благодаря моей работе в разведке, но они об этом не знали. Я был легко рекрирован, поскольку среди них уже было много бывших экспертов Люфтваффе. Я отправился для дополнительного летного обучения в Объединеное Королевство в качестве командующего истребительно-бомбардировочной эскадры JG.33. Я треировался на самых новых типах истребителей тех дней, в том числе Локхид F-104 Старфайтер. Потом я был командующим германскими тренировками в США, а позднее назначен начальником безопастности полетов в Вооруженных силах. После этого, я был генералом командующим 3-й авиадивизией Германии, начальником штаба Второй Группы Союзных Тактических ВВС, и затем командующим Германского Тактического Командования ВВС. Это были довольно таки разные должности. Я близко сотрудничал с многими значительными политическими фигурами того времени, такими как Роберт МакНамара, который был Секретарем Госбезопасноти при президенте Кеннеди.

В: Как сейчас Ваша семья?

О: У нас только одна дочь, которой сейчас 52 года, и которая замужем за офицером ВВС, подполковником, но не летчиком. У меня два внука, они студенты Мюнхенского универститета, им 27 и 25 лет.

В: Генерал Крупински, с вашим большим жизненным опытом, какой совет Вы бы дали современной молодежи?

О: Легко, лишь одно замечание: не верьте диктаторам и безумцам.
__________________
Lord God, bless my weapons!

RR_Oldman - мы Тебя помним!!

Последний раз редактировалось Pict; 03-10-2005 в 11:03.
RR_PictBrude вне форума   Ответить с цитированием
Старый 01-10-2005, 10:34   #3
RR_CAPILATUS
Злобный красный азиат
 
Аватар для RR_CAPILATUS
 
Регистрация: Aug 2004
Адрес: Canada
Сообщений: 2,205
Пикт - красава!
Давай исчо! Хатим!
__________________
Мероприятие добровольное - явка обязательна!
Это вам не шинель в трусы заправлять!
(с)


КРЕСТ СКОРБИ / МЕДАЛЬ СКОРБИ
LeR19_Ukko, он же RR_OldMan...
Светлая память тебе, Старик!
RR_CAPILATUS вне форума   Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Часовой пояс GMT +4, время: 22:58.


Red Rodgers official site. Powered by TraFFa. ©2000 - 2020, Red Rodgers
vBulletin Version 3.8.11. Copyright ©2000 - 2020, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot